Как дома - КЛАДБИЩЕНСКАЯ СТОРОЖИХА
Философское Фэнтези КЛАДБИЩЕНСКАЯ СТОРОЖИХА от автора Allirika. Фэнтези для домашнего чтения.

-« Тише ты!!! Медсестра услышит!»
-« Да не услышит! Спит она давно».
В пустой темной палате, послышался шорох, скрипнула панцирная сетка старой железной кровати. Раздался приглушенный смех.
« Ну вот – громким шепотом продолжала Ольга – И тогда мы стали вызывать Пиковую Даму»
«Это же сколько вам тогда было? – удивилась Светланка. Ей недавно исполнилось 17 и она была младше своей подруги на 2 года.
« Да мелкие совсем, лет по 13-14»
« Ну и как, пришла дама – то?»
« Не знаю – Ольга пожала плечами – Тогда, в темноте мне показалось, что кто-то прошел по комнате. То ли это тень, то ли… В общем показалось»

 В гинекологию они попали почти в один день. Светланка с подозрительным, для врачей, воспалением. Ольга обследовалась, готовясь делать аборт. (На вопрос подруги о причинах такого решения, Ольга поморщилась, и в двух словах описала ситуацию: любовь зла).
Здание гинекологии, окруженное разросшимся кустарником и клонящимися от старости к земле корявыми деревьями, чудом сохранилось еще с довоенных лет. Оно относилось к старому больничному комплексу, доживающему свой век на одной из городских окраин. Вообще же все отделение это планировали к ликвидации. Оно давно уже не соответствовало никаким санитарным нормам, а при более строгом подходе, его смело можно было считать аварийно-опасным. Чего стоили только обширные разводы на стенах и высоченных потолках с обваливающейся штукатуркой, явно свидетельствующие о гнилой крыше. Обычно больные сюда не слишком стремились попасть, и народу здесь было всегда не много.
А тут еще праздники. Кого-то выписали пораньше, кто-то домой отпросился помыться.
В обшарпанных больничных коридорах ночью гуляли сквозняки. Охала и надрывно стонала в пустом левом крыле в отдельной палате умирающая от рака старушка. Собственно все палаты здесь давно уже пустовали. В некоторые даже стаскивали сломанную мебель.
Все это действовало угнетающе на Ольгу и Светланку. Да еще этот режим, когда после 10 часов вечера медсестры требовали выключать свет в палатах и строго отчитывали за разговоры.
Сбежать в левое крыло и спрятаться в одной из пустующих палат придумала Ольга. Главное выбраться так, чтобы не заметили, и тихонько проскользнуть длинным и узким коридором туда, где даже дежурный свет на ночь не оставляли.
А там – сиди хоть до рассвета! В эти палаты и днем-то никто не заглядывает.
Мертвое это было крыло.

 Большие пыльные окна отбрасывали свет уличного фонаря на ряд коек со свернутыми матрасами, прикроватные кривые сломанные тумбочки.
-« А духов каких-нибудь вы вызывали?– поежившись, спросила Светланка
-« Замерзла, что ли»-
-« Немножко»
-Так ты с ногами залезай на кровать, давай-давай! Вот А краем матраса ноги закрой.»
Светланка, устроилась поудобнее и улыбнулась
-« Оль, а ты во всякие там привидения веришь?»
Тихий смех.
-« Ну ты совсем ребенок, Светка! С парнями уже спать научилась, а всё в сказки веришь! Эх ты, малолетка!»
-«Не с парнями – ничуть не обидевшись, сообщила Светланка – А с одним парнем. Но мама пока не знает».
-«Пока! Вот смотри, доиграешься в любовь! Учись на моем примере!» - Ольга легонько стукнула Светланку пальцем по носу.
. Кстати – она пошарила в карманах, сигареты у тебя что ли?»
-« Не знаю – Светланка завозилась, достала из кармана смятую пачку. – Ой, всего три штуки, блин!»
-« Да уж… Придется в подвал идти».
-« Это ночью – то? - ахнула младшая
-« А ты что, уже спать собралась?»
-« Нет»
-« Тогда докурим эти, а потом пойдем. Вдвоем не так страшно. Там медсестры курят. Я видела, где они сигареты обычно прячут»

 Дешевая зажигалка никак не хотела давать огня.
-« Газ кончился» - не вынимая сигареты изо рта, спросила Светланка
-« Да, блин, кремень стерся, наверное. Лучше, ты попробуй»
После нескольких неудачных попыток, слабый огонек нехотя выполз из отверстия зажигалки, грозя потухнуть уже навсегда от малейшего дуновения. Его свет очертил пухлые губы и остренький подбородок Светланки, под густой светлой челкой блеснули наивные крупные глаза.
-« Быстрее, сейчас потухнет!»
Ольга задержала дыхание и следом за подругой склонилась к огоньку. Длинные каштановые волосы рассыпались по хрупким, худеньким плечам.
-« Ой, Ольга, ну ты прям как ведьма!» - Ахнула Светланка, восторженно уставившись на подругу
-Что, страшная и старая?
-Не-а! Красивая и… загадочная вся какая-то!»
Светлана тихонько рассмеялась
-Ты все в своем репертуаре? Ведьмы какие-то у тебя, еще леший может померещиться!
-Так ночь же! А знаешь, ночью все кажется таким таинственным, волшебным! -
-Ну, это да! – согласилась Ольга, и сама вдруг почувствовала себя маленькой девочкой, которая совсем недавно так любила всякие таинственные истории и волшебные сказки.
Притихли. Они прислушивались к мерному шуму теплого майского ветра за окном. Следили, как тень о т ветвей старой ветлы, тихо скользит по высокому потолку и казенным стенам. Стенам, пропахшим лекарствами и болью, надеждой и хлоркой, тоской и пресными больничными обедами. И стало немного жутко и тревожно, но и немного весело.
-А вот мне однажды историю рассказывали… – затянувшись сигаретным дымом вдруг произнесла Ольга, и Светланка , распахнув глаза уставилась ей в лицо, с жадным любопытством ловя каждое слово –… про кладбищенскую сторожиху. Ты помнишь – на том кладбище, которое сейчас закрыто, раньше дом стоял?
-«нет…»
-А я помню. Сейчас вместо него только фундамент остался, да несколько обгорелых бревен. А раньше там стоял нормальный бревенчатый дом. Сторожиха была старая, сгорбленная, но толстая такая. Вечно ходила в шерстяной, рваной на локтях кофте и сером, замызганном, переднике. Но самое страшное в ней было – так это ее глаз»
-« Глаз…» - замогильным голосом повторила Светланка
-« Да. Один был нормальный, вроде, а второй – выпученный, и белый… Бррр… Зрачка совсем не видно. Говорили, что это у нее бельмо на глазу. Но я не знаю – что это за фигня. В общем – страшная такая бабка».
Сначала я узнала, будто на кладбище сгорел дом, а с ним и сторожиха заживо сгорела. Ужас, одним словом. Но и это бы все ничего. Мало ли пожаров, в которых люди гибнут. Проходит какое-то время, и уже другой слух пополз –дескать, не случайно дом-то на кладбище запылал. Убили, мол, сторожиху из-за денег, которые она накопила, да и сожгли, чтобы следы замести. Ладно, думаю, и такое возможно.
А однажды к нам зашла бабушкина подруга, которая эту сторожиху знала лично. И такое порассказывала! А было так.

 Сторожиха эта потихоньку с родственников покойных деньги брала. Люди сами к ней приходили, просили за могилками присмотреть, если, например, в другой город переезжают. А то и так просто – не всем же нравится копаться на кладбище. А совсем не ходить – тоже нехорошо. В общем с этого, а может еще с какого дохода, немного на трехкомнатную квартиру не накопила старуха! Только зачем ей такие апартаменты – никого из родственников живых у нее не было. Но вот повадился к ней один мужичек ходить. Молодой сравнительно, мужик, представляешь?! А самое главное – женатый! Жена у него нормальная, дочка, лет 10 была.
Народ ведь сразу сообразил – к деньгам бабкиным подбирается. А бабка на старости лет совсем из ума выжила. Представь – вообразила ведь, что он к ней какие-то чувства питает! Смех! Еще говорили, что не обошлось тут без колдовства, мол привороты всякие. Все может быть!
А жена у этого мужика ничего не знала сначала. То, что он к старухе похаживает, дочка узнала. Она его возьми да и выследи! Она, девчонка-то, не только до дома старухи папочку проводила, а взялась подсматривать, что в том доме делается. Верю, что если она это и сделала, то могла все хорошенько и в подробностях рассмотреть. У старухи на окнах никогда занавесок не было.
Ей, кто в дом ни приходил – все говорили: ты бы хоть простыней окна занавешивала – не хорошо как-то – ночь, у тебя свет во всех окнах. Сидишь тут как на экране. Снаружи-то все видно!» А она только смеется: « да кому смотреть-то – покойникам, что ли?!»

 Светланка вдруг ясно представила себе жуткую ночь, одинокий дом посреди кладбища среди могил памятников и крестов. Ярко освещенные окна, а за ними – женщина, спиной к окну сидит и спокойно пьет чай. Одна. А вокруг дома, под покровом тьмы, собирается толпа покойников, в костюмах и белых саванах на голове и с уже синюшными опухшими лицами, и те, что еще совсем недавно умерли. И все тянут шеи, встают на цыпочки и с жадным любопытством молча заглядывают внутрь дома.
Вот так и снятся людям потом кошмары – вздрогнув, подумала она. Но перебивать Ольгу не стала.
- Вот девчонка и повадилась подглядывать в окна. Можешь представить, чем там ее папочка занимался со старой страшной ведьмой? –продолжала Ольга - Бедный ребенок! Говорят, очень сильно это на девочку подействовало. Замкнулась, дичиться всех стала. Ничего матери не рассказывает.
Ольга вдруг замолчала. Потом повернулась к Светлане
-« Одна сигарета-то осталась, да?»
-« Одна»
-«На двоих курим. Давай, я первая. Я оставлю»

 В свете фонаря клубы дыма рождали странные сюрреалистические фигуры. Светлана смотрела, как они меняют форму, отбрасывая на стену слабую тень, порой бесформенную, порой – зловещую, а потом медленно тают.
В тишине казалось, что это не ветер бродит под окнами, а кто-то невидимый тихонько подкрадывается к больничным окнам, старается разглядеть тех, кто, спрятав ноги под старый матрац, трепещущим клубочком замер на казенной железной койке. Еще Светланка чувствовала спиной сквозь халат холодную железную спинку кровати. Ноги начали затекать. Но это как-то не явственно. Словно она спит. В голове же рождались жутковатые картины из услышанного рассказа.
« В общем – заговорила опять Ольга - ты же помнишь железнодорожный переезд возле кладбища?
«Ну!»
«Так вот, говорят, однажды дочь, как обычно следила за отцом, когда он направился к сторожихе. Дело было как сейчас, в мае. А мужик старался быть осторожным. Он, как за бензоколонку свернул, все шел и оглядывался – чувствовал, что ли, что за ним следят? Дочка, понятно, тоже осторожничала. Чуть ли не ползком, за бурьяном, да за холмиками пробиралась. Отец подходит к железнодорожным путям. Это он сам потом рассказывал, когда его следователь допрашивал. Видит – поезд вдалеке. Он, конечно, прикинул, что спокойненько успеет перейти через рельсы. Быстренько перебегает на другую сторону. По привычке – оборачивается, еще какое-то время стоит, смотри – не идет ли кто следом. И вдруг ему показалось, что из-за дерева, с той стороны переезда, за ним наблюдают. Вот и подумал – дай-ка я сделаю вид, что на могилу к родственнику пошел. На всякий случай. И пошагал в противоположную сторону от обычного маршрута.
Дочь, увидев, что отец свернул не в том направлении, видимо испугалась, что может потерять его из виду. Дождавшись, удобного момента она решилась перебежать через рельсы. Но поезд-то уже совсем близко! А ее отец, решает еще раз обернуться. И они встречаются взглядом. Девчонка по инерции бежит вперед, потом пугается, что отец накажет, оборачивается и падает на рельсы. Отец бросается к ней. Поезд уже в нескольких метрах. А девочка только и успела, что в последний раз глянуть на отца. И тут же ее поездом … В общем собирали, говорят, в пластиковый мешок.
Светланка вздрогнула.

-« После этого все тайное, как говориться, стало явным – вздохнув, Ольга протянула Светланке половину сигареты. - Но на этом история не закончилась. Жена от мужика того ушла. О нем вообще ничего неизвестно. Говорят, пропал.
А вот сторожихе с тех пор житья не стало. Люди говорили, что она совсем сбрендила. С виду такая спокойная стала. Это раньше она с кладбища не вылезала. А после того случая все чаще стала на людях показываться. Завела себе новых знакомых. А чего ж тут удивительного! Шума-то после трагедии этой сколько было! Люди любопытные. А тут, бабка сама приходит и всем охотно так все рассказывает. Сначала ничего странного не замечали. Ну, плачет, винит себя, кается, когда вспоминать начнет. Только ее никто особенно не жалел. А потом такое началось: нет-нет, да и завернет такое, что у всех мурашки по коже. Говорит, например –
« А девочка-то все ходит ко мне…да…»
Ей – «Валя, какая девочка?» А она – « да дочка-то… Придет затемно, к окошечку личиком прижмется и сердится на меня… А я ей : - «миленькая – да что ж теперь ходить-то! Уж теперь – все, поздно! Ты уж лежи себе спокойненько! Что ты ходишь, да маешься!» - А она, милые вы мои, пальчиком мне, вот так, грозится, кровушку с личика утирает, и грозится! И уж так мне ее жалко!»
Светланка вся передернулась и машинально схватила Ольгу за руку.

-« И чем дальше – тем хуже с бабкой. В последнее время, перед пожаром за месяц примерно, сторожиха все чаще стала про девочку говорить. И все упоминала, что она теперь не грозится, а только улыбается. И кровь у не по лицу, прямо ручейками течет. А в руках у девочки, будто бы коробок со спичками. И старуха говорила, что девочка, мол, все зажечь пытается спичку-то. А руки у нее все в крови. Вот спички-то и гаснут. А потом случился этот пожар. Бабушкина подруга неподалеку от кладбища живет. Пожар сама помнит. Проснулась ночью – как будто стреляют где-то и свет за окнами такой странный. Выглянула в окно – а там столб огня до неба! Говорит, как увидела, да поняла, что и где горит, так меня и стукнула мысль – зажгла, все-таки, девочка спички! Это уж потом, когда вспоминала, никак понять не могла, что за чушь в голову влезла?! Со страху, наверное.

 И еще рассказала. Весной дело было. Снег уже почти весь растаял. Так, кое-где грязные сугробы. Работает соседка в пос. Чкалова, в военной части. Тут до ее дома, если через кладбище, всего-то километра два идти по прямой,. Обычно она на служебном автобусе ездила, а тут задержалась. Автобус ушел. Она и решила прогуляться пешочком по свежему воздуху. Дело было часов в пять вечера. Светло еще. Солнышко к западу клонилось Но это летом хорошо ходить, а весной такая грязь на тропинке. Снег талый, а под ним – вода. Вот подружка бабкина, шла-шла, лужи все обходила, свернула с тропинки, да между оградками. Выбирает, где суше. И не заметила, вышла к обгорелому дому. Торчат, говорит, из-под талого сугроба одни обугленные бревна, навалены кое-как, концы в небо смотрят. Еще и подумалось ей – снег-то растает, бревна упасть могут, вдруг да придавит кого-нибудь! И только стала она этот дом проходить, как вдруг явственно так, слышит за спиной громкий мучительный стон. Ноги у нее подкосились. Она встала, как вкопанная, и идти боится, и повернуться, посмотреть страшно. Стоит. Сердце колотится, в глазах темнеет. Думает – наверное, бревна эти и скрипят. Снег-то оседает, они и съезжают потихонечку. И только так подумала, вдруг тот же голос, со стоном, сзади по имени ее зовет
-Лена! Лена!-
А она то ли от страха, толи машинально - возьми да и спроси – Чего тебе, Валя?
А дальше, говорит, не расслышала толком. Толи Девочку мне жалко, то ли девочка зажгла, и застонала протяжно так….» - Ольга не закончила фразу, потому что... - «О-о-о-о!» - явственно и громко послышалось справа. – Тяжкий и мучительный стон, полный животной боли и безысходной тоски ворвался в тишину пустой палаты. 

  Темный ужас распахнул перед девочками свои пронзительные зловещие глаза. Ни одна из них не смогла ни вскрикнуть, ни шелохнуться. Обе они вцепились руками в матрацы , обе окаменели от ужаса до боли в каждой мышце.
-Ира!!!- снова раздалось справа – (из-за стены! – облегченно вздохнули девчонки)
-Ира! Дай попить!!!! О-о-о-й!… Ой, болит как!»
-Это та бабушка, которая от рака умирает – прошептала Светлана одними губами.
Ольга повернула к ней мертвенно-бледное лицо
-Да я уж и так поняла. Вот только кто эта Ира?
-Может сиделка? - предположила Светланка – Я знаю, что возле нее обычно родственники дежурили.
-И—и-ира! Ира, где ты! Дай мне попить! ИРА-а-а!
-Господи! Да она там одна, что ли?- шепотом возмутилась Ольга – Разве можно больного человека вот так оставлять
Светланка прислушалась. Ни звука шагов, ни голосов слышно не было.
- И-и-ра! Ой… Ой… - заскрипела за стеной кровать, послышалось хриплое рыдание – Да где тут укол-то! Господи! Ира! Ну сделай мне укол! Ой, больно как! Ира… Я пить хочу! Дай мне воды, Ира!»
-« Бедная… - нахмурилась Светланка – Где там эта Ира, в самом-то деле!»
-« Слушай, а может, Ира эта решила на праздник домой сбегать? - начала вслух размышлять Ольга – А что – сделала обезболивающее или там снотворное, и ушла до утра!»
-« А что – вполне может быть!» - согласилась Светланка - Что же делать-то?»
-« Надо бежать за медсестрой. – решила Ольга, и уже не пытаясь быть бесшумной мигом соскочила с кровати – Пошли!»
Девчонки распахнули дверь палаты. Тусклый свет неблизких дежурных ламп даже несколько ослепил их после долгого пребывания в темноте. Жмурясь от света, поминутно цепляясь казенными, старыми шлепанцами за драный линолеум и спотыкаясь, они поспешили в свое крыло.
-А если спросят – почему мы не спим?» - слегка задыхаясь, на ходу спросила Светланка
- А… Скажем в туалет ходили и услышали. Как…»
- Точно! А если спросят, что мы делали в пустой палате?
-А не спросят…
-А там ведь накурено!
- А и фиг с ним… Ух! Ну, вот.… - Ольга прислонилась спиной к стене возле высокой двустворчатой двери с синей, заляпанной краской табличкой « Дежурная медсестра» - Давай, стучи!

 Светлана тихонько постучала. Прислушались. Никакого ответа. В щель под дверью пробивалась полоска света.
-Сильнее, они спят, наверное – предположила Ольга.
Но и громкий стук не дал никаких результатов. Тогда Ольга решительно вздохнула и потянула дверь на себя. Та открылась без проблем. Ольга заглянула внутрь –
-Извините… - робко начала она, и осеклась – Твою-то мать! Светка, нет, ты посмотри, а! А их и нет никого! Блин!!!
-Так курят, наверное!» - сообразила Светланка
-Ага, точно! Бежим, они точно в подвале обе!
Дверь в подвал была такой же высокой и белой, и ничем не отличалась от дверей в палаты. Света тихонько приоткрыла ее. Сразу за дверью круто вниз уходила неширокая деревянная лестница. В самом подвале царил непроглядный мрак.
-Темно – озадаченно прокомментировала Ольга.

 Светланка шагнула на ступеньку, придерживаясь рукой за стену. Боязливо оглянулась на старшую подругу. – Ты не помнишь, где там выключатель?
-Где-то почти в самом низу. – Ольга уже спускалась следом за Светланой, осторожно нащупывая ногами опору и держась рукой за стену. Мрак, в который они погружались, был таким глубоким, непроницаемым, что казалось, он клубится вокруг.
Наконец, в полной темноте, поминутно натыкаясь руками, девочки нашли на стене выключатель. Щелчок! Но свет не зажегся.
-Ну и ни хрена себе! Лампочка перегорела! И как, интересно, они здесь прошли?
-Так у них фонарик, наверное – неуверенно предположила Светлана.
-А! Ну, точно! Ладно. Чего нам бояться? Давай, пошли. Будем держаться за руки.
-Ой, мамочки… - прошептала Светланка, и робко шагнула с лестницы на бетонный пол.
В полном мраке человеком овладевают самые странные ощущения. Но самое естественное из них чувство страха – безотчетного, бесконтрольного: неожиданно мягко и крепко обхватывающего сзади за плечи, высматривающего тебя прищуренным взглядом, крадущегося за тобой по пятам, поджидающего за очередным холодным и влажным углом стены. Или же подвертывающегося в твою ладонь змеиным телом старого шланга, паучьим, липким пленом. Или шевелящимся в волосах несуществующим насекомым, непременно стремящимся заползти тебе за шиворот или в ушную раковину. Чувство страха может сковать тебя, а может заставить мысленно так вскрикнуть, что перед глазами разбегутся черно-зелены волны, а под черепом глубоко и тяжко запульсирует кровь.

 Им казалось, что они в этом мраке наверное уже около часа.
-« А ты точно помнишь, что по этому именно коридору нужно идти?» - почему-то шепотом спросила Светланка
-« А хрен его знает… - задумчиво прозвучало в ответ – вроде бы
-«Стой!» - вдруг остановила подругу Светланка
-« Ну, что еще?! –
-« Я вспомнила! Мы однажды в школе еще, по истории края доклад готовили – быстро зашептала Светланка – В этом здании во время войны, был госпиталь…
-Да я знаю! – перебила Ольга – Сюда даже Клавдия Шульженко приезжала, выступала перед раненными бойцами. Что ж тут такого!
А в подвале было бомбоубежище, и…
-Да и хрен бы с ним, пойдем!
-Нет! Ты послушай! Тогда очень многие умирали от ран. И это здание для госпиталя было очень удобным. Оно соединялось под землей с моргом! Представляешь, если этот путь и сейчас открыт, а мы в темноте забредем прямиком в морг!

 Ольга похолодела. Она была девушкой не из робких. Но перспектива выйти вдруг в центр старого темного морга, заставленного столами с покойниками – это даже для ее крепких нервов было сильным испытанием.
-Но… Как же быть? Вернуться? – засомневалась она
-А если бабка до утра не доживет без медицинской помощи?- задумчиво предположила Светланка
-Значит идем! – и спустя некоторое время Светланка снова услышала Ольгу.
... Так. Все. Мы уже пришли! Ну, Теперь давай идти вдоль этой стены. Под руками должна оказаться дверь. Но вернее всего мы увидим свет раньше. Так что вглядывайся получше.
Двигались теперь в полном молчании, сосредоточенно вглядываясь во мрак, стараясь рассмотреть хоть какие-то световые ориентиры.
-Нашла! - Светланка услышала голос подруги откуда-то издалека и испуганно удивилась такому положению вещей
-Ты где?» - позвала она
-Ой… - Ольга смутилась – Так ты что, в другую сторону, что ли шла? -Так ты же мне не сказала куда идти! Возразила Светланка
-Ладно…. Слушай! – раздался скрип двери – А тут тоже никого… Сейчас свет включу! .Несколько мгновений, пока Ольга искала выключатель, Светланка панически боялась услышать от нее новость, что и здесь свет не включается.
А затем, слепо и бесцельно взирающая во мрак, она действительно увидела свет. Сначала была вспышка света, потом – еще одна, ближе. И Светланка уже решила, что это Ольга нашла спички и пытается осветить ими путь. Как вдруг, она убедилась, что кроме них в подвале, ест еще кто-то. Это был ребенок. Какой-то странный ребенок. Он шел, приволакивая левую ногу. Его волосы были спутаны так, словно он только что проснулся. Ребенок сделал еще несколько нетвердых, вихляющихся шагов, и крик застыл у Светланки в горле. Это была девочка… Из-под спутанных волос по лбу струилась черная кровь, стекая на один глаз. Голова ее была неестественно откинута вправо, словно у тряпичной куклы. А губы были заморожены в странной улыбке или – последнем предсмертном оскале. Подергиваясь, это существо бросило догорающую в липких окровавленных пальцах спичку, та погасла, на миг погрузив подвал в еще более глубокий мрак. А следующая вспышка света была уже буквально в метре… Теперь в короткий миг Светланка ясно увидела синеву губ, распухшие щеки, безобразную рваную рану на шее…
И в этот момент коридор сзади мертвого ребенка, ярко осветился. Девочка бросила еще одну спичку и пропала.

- Мне это показалось! – задыхаясь от ужаса пробормотала Светланка, стремглав бросаясь к свету.
-Ты ничего не видела? – спросила она, вбегая в тесную каморку, и захлопывая за собой дверь.
-Ты встретила призрак, - спокойно констатировала Ольга
-Да! А ты?
- Да ну! Чушь! Тебе показалось! – подбодрила ее подруга
-Нет, скажи, ты видела ЭТО?
-Не-а! – Ольга покачала головой - О, анекдотики почитать можно - рассеянно заметила она, рассматривая газету, покрывающую стол.
-Но где же сестры? – пытаясь успокоиться и думать о реальности, спросила Светланка
-Тоже на праздник ушли наверное– пожав плечами ответила Ольга
-Что делать, то, Оль?
-Давай здесь посидим, покурим!
- До утра еще долго?
Ольга нехотя оторвала взгляд от газетной страницы, взглянула на свои часики
-У-у-у! – Сейчас только половина второго! А медсестры, они не раньше семи явятся. Завтра выходной. Врачей не будет. А то, может быть и позднее!
- И что, ждать будем? Да это же с ума сойти! Представляешь эту бедную бабушку! Ни воды ей подать, ни обезболивающее сделать!
- Ясен пень. – согласилась Ольга – Не оставлять же живого человека… пусть и умирающего… одного помирать!- Ольга хохотнула. Светланка испуганно и подозрительно глянула на нее. Что-то в ней неуловимо изменилось, в Ольге. Была она очень спокойной и даже скучающей. Так, словно пару минут назад они вместе не тряслись от страха, спускаясь в этот подвал. Так, словно Ольга уже и не думала торопиться спасать умирающую одинокую старушку.
-Я вот только думаю: может быть она уже заснула? - странно захихикав, предположила Ольга, чем вогнала Светланку в очередной приступ ужаса. – Заснула навеки!
- Если и заснула, то вряд ли надолго. Боль ее все равно разбудит. – продолжала она рассуждать, словно сама с собою - Последняя стадия рака… Ее даже оперировать не стали. Полежит так, а потом домой выпишут. Умирать! Так что придется нам с ней ночку посидеть, наверное. Да, Светланка?
-Да… и я о том же думаю. – чувствуя, что сходит с ума почти шепотом произнесла Светланка.
Она сейчас думала лишь об одном – как ей выбраться наверх? То, что это не Ольга – она уже поняла. То, что она , возможно, больше не увидит Ольгу? Нет – поверить в это до конца было невыносимо страшно.
И вдруг – Светланке послышались осторожные шаркающие шаги снаружи за дверью. Не подавая вида, что уловила посторонний звук, она делала вид, что слушает, как «Ольга» несет какой-то бред о страданиях раковых больных, о том, что умирающие чувствуют боль, будто внутри все горит огнем.

 Шаги больше не повторялись. Светланка подумала, что ее подруга, настоящая Ольга, возможно, стоит сейчас за дверью. Но, что, если это не она?
-Но это уже в последней стадии. И тогда они все время просят пить! – совсем уже зловеще, шепотом, с торжествующей улыбкой произнесла Ольга. И в этот момент дверь, заскрипев, медленно приотворилась.
На пороге стояла заспанная уборщица.
-Господи! А я-то думаю, что это у нас дверь в подвал открыта? – удивилась она. Девчонки! Почти два часа! Вы что тут делаете?
-Покурить пришли! – нагло усмехаясь, с вызовом ответила «Ольга»
-Ну и курили бы наверху, у двери на улицу! Зачем вас в подвал-то понесло? А ну, давайте, на выход! А если узнают! Давайте, давайте!
Не дожидаясь повторного приглашения, Светланка выскочила вон из подвальной бытовки. Теперь в коридор из освещенного проема падал свет. Можно было большую часть пути проделать в полумраке, а там, на ощупь добраться до лестницы! Из бытовки доносились препирательства старушки с Ольгой номер два.
Почти пробежав несколько шагов освещенного пространства, Светланка оказалась в секторе полутени, где лишь слабые очертания светлых стен, да темный провал коридора, ведущего к лестнице служили ей ориентирами. Она пошла медленнее, слушая лишь стук своего сердца, стучащего у самого горла, да отдаленный приглушенный разговор за спиной. И вдруг, правой ногой она зацепилась за что-то мягкое, податливое…

 Она еще не успела понять, что это, как к своему облегчению услышала знакомый голос
-Светланка?
-Ольга! Это ты? – чуть не вскрикнула Светланка
-А это – ты? – недоверчиво переспросила ее подруга.
-Кажется – я! – тихонько вздохнула Светланка – Что ты тут делаешь, сидя на полу?
-Жду тебя. Тут мимо меня какая-то хреновина со спичками бегала – прямо из фильма ужасов. – поднимаясь на ноги торопливо рассказывала Ольга. А потом ты с ней зачем-то в бытовке заперлась. Я уж не знала, что и подумать!
Ладно. Давай-ка отсюда сматываться. Потом все объяснения.
Когда они были уже у самой лестницы, уборщица догнала их
-Что ж вы без света-то ходите?
-Так лампочка перегорела! – объяснила Ольга
-А! А я-то думаю, что вы тут в темноте – уж не безобразие ли какое задумали?

 Они поднялись по лестнице и оказались в больничном коридоре. Здесь страшилки из подвала почему-то казались только игрой воображения. Все было привычно и вполне реально. Гудела лампа дневного света под потолком. За одной из дверей палат послышался приглушенный кашель. Из туалета донесся плеск воды, а затем дверь из него распахнулась и оттуда вышла, шаркая тапками, знакомая женщина из соседней палаты. И Ольга и Светланка незаметно облегченно вздохнули. Что показалось, а что было на самом деле – это они потом обсудят. Обе, спеша сообщить о том, что старушка из отдельной палаты срочно нуждается в помощи, обернулись к уборщице. Та копошилась с замком подвальной двери. Странно, но она тщательно запирала подвал на ключ, словно и не оставила там, в темноте, еще одну нарушительницу больничного режима – Ольгу номер два.
А что, если она мне одной только привиделась? – подумала Светланка. А ее подруга уже сообщала уборщице о том, что они спустились в подвал в поисках медсестер.
-Так ушли они обе. Отпросились. Народа-то нет никого! – уборщица всплеснула руками – Батюшки! А где ж сиделка-то ее?! Ну, пошлите, пошлите, скорее!
-Вот, здесь! –
-Сюда!

 За дверью палаты было тихо. Уборщица открыла дверь и вошла внутрь. Девочки за ней.
Палата была пустой. Возле окна стояла железная кровать, в ногах которой сиротливо скрючился старый матрац.
Но уборщицу это, кажется, не удивило. Она неспеша подошла к кровати. Постояла.
-Да, вот здесь она и лежала. Еще вчера.
-Но мы же…
-Может палата не та? – наперебой заговорили девчонки.
Уборщица их словно не слышала.
Молча достала из кармана легкий газовый платочек-косынку. Повязала ее на железную никелированную спинку кровати –
«Деточки это косыночка. На рельсах подобрала. Памятка вам будет, девчонки» – пробормотала вроде бы и сама себе.
Затем, не торопясь, расстелила матрац на кровати и вдруг зачем-то улеглась на него. Девочки онемели.
Скрипнула ржавая панцирная сетка. Старушка повернулась на спину, далеко запрокинув голову назад, и сложила руки вдоль тела.
В свете уличного фонаря лицо ее было бледным, заострившемся. Тонкие губы провалились внутрь, глаза неподвижно уставились в потолок.
-Вот так лежала-лежала. Никто не пришел! – сообщила старушка.
-К-кто –лежала? – заикаясь спросила Ольга
-Да больная эта. Вчера и умерла. Около двух ночи. – произнесли серые тонкие губы, обтянувшие ставший враз беззубым и неузнаваемым рот.
-Вы нас пугаете – жалобно произнесла Светланка
-А ты не бойся меня! – спокойно отозвались губы, в то время как все лицо оставалось неподвижным. – Живых бояться надо.

 Побледневшая Ольга вдруг взяла себя в руки и решительным тоном потребовала
-Прекратите! Что Вы нас разыгрываете?! Мы в покойников не верим!
-Эх, деточка! – ответили губы – Многого ты в жизни не знаешь! – как же не верить в то, что видишь?
-Да кто Вы!? – Вскрикнула Светланка
-Я, деточка, убийца! Жизнь на мне загубленная…
-Убийцы покойниками не прикидываются! – криво усмехнулась Ольга – Они в тюрьме сидят!
-А не все! Не все! – голова старушки безжизненно качнулась из стороны в сторону. И это было по-настоящему жутко, потому, что глаза ее оставались стеклянно-неподвижными. – Есть убийцы такие, как я. Никак меня нельзя обвинить. Ни ножа, ни топора в руки не брала. А головушка-то у деточки – с плеч! – голова старушки на этот раз резко завалилась к плечу. Теперь ее невидящие глаза смотрели прямо на двух сжавшихся от страха подруг.
-Сами, поди, видели в подвале, что я сотворила с невинным дитем! - продолжала старушка тихим приятным голосом.
-Эта история – выдумка! – возразила Ольга, догадавшись, что речь идет о кладбищенской сторожихе.
-А и ты вот, знаю, хочешь убийцей стать! – прошептали мертвые губы – деточку свою сгубить решила, невинную! Сыночка голубоглазенького. Егоркой назовешь. Вот как косыночка эта глазки-то у него! Как васильки! - старушка задумалась Если не убьешь, конечно! Вдруг заявила она.
Ольга на этот раз залилась гневным румянцем, но промолчала.

-Ну это ладно, это ладно… - вернувшись в прежнее положение заговорила голова. А уж если правду-то говорить, то признаюсь: наврали люди. Да не все. Деточка и правда погибла по моей вине. Да только я тогда не старуха была, а чуть постарше вас. Молодая, красивая! Вот и закрутила с мужичком одним, женатым. А на кладбище у меня тетка двоюродная жила. Одинокая. Она, бывало, ключи мне от дома даст, а сама уйдет. Вот и доигрались мы с Коленькой. Дочка-то у него на глазах под поезд угодила. Я уж после подбежала, когда крик да шум услышала. И как глянула, что с дитем стало, так на всю жизнь мне это в память впечаталось. Все шла и шла по рельсам… А на них кровь…кровь. Да… И косыночка вот эта, только на кустике зацепилась. Я ее и подняла!
А дом-то на кладбище потом мне в наследство перешел. Там, ведь, прямо почти под самым окошечком деточку-то схоронили! Замуж я так и не пошла. Так и прожила одна. Все из окна на могилку смотрела . На камне-то портрет девочки выбитый – живая она там, веселая! Смотрю на нее, бывало, смотрю. И, кажется – разговариваю с нею. Уж как она меня ругала, как мне грозилась! А потом дом мой сгорел. Уехала я на другой конец города жить.
Но и там она меня нашла. Такая хулиганка! Она ведь меня давно простила! Я же знаю! Да только она чувствовала, что сама я себя никогда уже не прощу. И другие осудят. Вот и ходит, смеется надо мной. Думала я, что как жизнь моя закончится, так я и успокоюсь. Так ведь эта озорница и здесь до меня сумела добраться!
-Так что же – по подвалу действительно призрак ходит? – ужаснулась Светланка
-И не один! – уверила старушка, кивнув безжизненной головой. Морг-то рядом! А в этот морг все тех возят, кто не хорошей смертью погиб. Разные тут ходят, оказывается! Вчера солдатик один со мной болтал, вот он и рассказывал об этом подвале. Его без вести пропавшим числят, с войны. А он тут! На нашем кладбище, в братской могиле. Теперь, говорит, тут будешь, с нами, пока живые тебя не пожалеют. А меня и пожалеть-то некому было!
Ох, девоньки, заболталась я с вами! Ну, что, попить-то мне дадите? Или зачем же пришли тогда ко мне?
Ольга засомневалась. А Светланку будто осенило: огляделась в поисках кружки, и не найдя ее подошла к старой раковине возле двери и набрав в ладони немного воды, направилась к страшной старухе.
-Ну, ладно, ладно! – остановила ее старушка – вижу – не шутили Вы. И вдруг, резко села, и погрозила кому-то в угол пальцем.
-« Видишь – значительно произнесла она к невидимому слушателю, будто бы стоящему за спинами девочек – видишь – пожалели они меня! И не мучай меня больше! Отмучилась я за долгую свою жизнь, искупила свой грех перед тобой! И горем и одиночеством и людской ненавистью да наговорами пустыми, и болезнью страшной - все искупила здесь, на земле! К Богу на суд пойду – не к тебе! А ты - тоже со мной пойдешь! Как положено! Вот так за руку и пойдем с тобой, деточка. Так и пойдем».

 С этими словами старушка упала на кровать и вытянувшись, затихла.
-Чушь… Это мне снится… - произнесла Ольга, пятясь спиной к выходу из палаты.
-А мне? – следуя за ней, спросила Светланка – Она все еще не спускала глаз с неподвижного тела на кровати у окна.
- И тебе – сниться – убедительно сказала Ольга уже в коридоре.
Утром и Ольга и Светлана с трудом разлепили глаза. Привычно накинув халатики и сунув ноги в пронумерованные бесформенные тапки, они вместе отправились умываться, затем в столовую на завтрак.
Сидя за столом и уже допивая слабенький чай, Ольга задумчиво произнесла
-А я решила ребенка оставить.
-Да? Это здорово! – искренне поддержала Светланка. А чего вдруг?
- Да мне сегодня такой дурацкий сон приснился! Какой-то кошмар, какие-то покойники. И, главное,подвал больничный... какая-то девочка убитая...
-Угу, и мне тоже – дожевывая бутерброд, кивнула Светланка, и вдруг так и замерла с набитым ртом.
Ольга тоже застыла с поднятым стаканом в руке.
-Да ладно!- еще не веря себе, усмехнулась она
-Не может быть – с трудом проглотив вставший поперек горла кусок, прошептала Светланка.

 Даже не вернув посуду на мойку, девчонки разом выбежали из столовой, и не сговариваясь бросились в левое крыло.  Перед дверью в уже знакомую палату обе остановились, глянули друг на друга, и решительно распахнули дверь.
На спинке кровати висела синенькая косынка, завязанная узелком.
Ну, мало ли на свете синих косынок?! Правда ведь?

Душещипательное Фэнтези ГРАЧИК можно почитать на Домашней Литературной Страничке этого сайта.


Copyright MyCorp © 2016